АБУЗАРЫЧ, БЕЗНАДЕЖНИК и другие: КАК ВОСХОДИЛО СОлНЦе. Книжка о рождении школ (112)

В целом, государство неуважительно относится к учителю (часть 1)

Что делать с ЕГЭ, как в школе «СОлНЦе» проходят «Разговоры о важном», и почему ее филиал хотят открыть в Мордовии

«Своим делом надо заниматься профессионально и говорить правду»
— Павел Анатольевич, в канун начала учебного года мы уже в 4-й раз приглашаем вас на интернет-конференцию. Как считаете, почему именно вас, ведь хороших директоров школ немало?

— Директоров прекрасных у нас, может быть, 10–20, но большинство из них стесняются открыто говорить все, что думают. Это беда нашей страны очень давняя, и в 30-х годах XX века люди боялись говорить, что думают, хотя и тогда наша Конституция была прекрасной. А что касается директоров, у нас закон «Об образовании в РФ» прекрасный, но почему-то сплошь и рядом его нарушают.

— А кто нарушает в первую очередь?

— Все кто угодно! Например, громкая история с татарским языком. Знаете, проблема не в количестве часов, а в том, что учебные планы переделывали в октябре – декабре 2017 года. Когда 15 октября собирали директоров школ всей республики по районам, на интернет-доске было написано и обосновано, как и почему надо в течение двух месяцев (в середине учебного года!) уволить половину учителей татарского языка. Либо уволить, либо, как нам красиво сказали, перевести их в учителя русского языка, дескать, они же филологи, или в учителя труда, или в учителя физкультуры.

Но учительница татарского вряд ли будет хорошей учительницей русского, тем более физкультуры. Кроме того, если и необходимо делать подобные сокращения и изменения, то летом, когда люди спокойно думали бы о своих планах. А мы 4 раза за два месяца переписывали учебные планы, не говоря уже о том, что учебные планы — это компетенция образовательного учреждения.

«Школа в идеале — это приветливое место, там должно быть разумное количество детей»
— Под каждым текстом про образование на страницах «БИЗНЕС Online» масса комментариев об «ужасном» уровне образования. Так ли это? Вы как оцениваете уровень образования в других школах Казани, республике? И почему он такой?

— Знаете, на августовском совещании учителей я удивился, как много формальных критериев и как мало говорят о воспитании детей. Как много о том, как с образованием хорошо, как много победителей — лучших математиков, физиков, химиков, биологов, даже лучших школьных дворов. Но у нас есть школы на окраине города, в которых очень слабые дети. И вот школы, работающие с такими детьми, не имеют олимпиадников. Там нет гениального учителя, у них нет наград. Это неправильно! За олимпиадным мы забываем воспитательное. Везде и всюду.

С высокой трибуны на совещании учителей было сказано буквально следующее: «Надо обязательно занять детей чем-нибудь полезным. Чтобы у них не было свободного времени». Это же ужасно! Еще Карл Маркс говорил: «Свободное развитие каждого является условием свободного развития всех». То, чем человек занял свободное время, — это то, какой он на самом деле. Надо так сделать, чтобы школьник добровольно куда-то приходил, а не загонять его в разные кружки и факультативы.

— Наверное, этот выступающий имел в виду, что надо детям предложить много вариантов всякой активности, чтобы чем-то их заинтересовать и оторвать от улицы.

— Но нельзя обязывать это делать школу, это должно государство предлагать. Это должны быть спортивные секции, музыкальные и художественные школы, какие-то выставки и музеи, клубы по интересам. А ведь было сказано, что школа должна это сделать!

— Как в целом оцениваете ситуацию с образованием в России? Вперед или назад оно идет?

— Содержательно, по знаниям — вперед. Но это больше похоже на фабрику: вот в этой области вы развиваетесь, а в этой не думайте. В математике вперед идем, в инженерных вещах — вперед, в программировании — с большим трудом, но вперед. В том, что надо государству, у нас в России идет хорошо. Инженерные кадры сейчас нужны — будет все это сделано.

— А где плохо?

— По общественным наукам плохо. Неслучайно обществознание убирают. Хороший предмет, но он теперь только с 9-го класса будет. Зачем детям думать о праве в 7-м классе?

Нам уже сказали на днях, что наши планы будет проверять прокуратура — все ли там правильно. И так каждый год, хотя проверяют на ОГЭ и ЕГЭ, как дети сдают экзамены, и это законно. Можно проверять все итоговые показатели. Для этого есть органы управления образования, министерство, Рособрнадзор. Можно проверять с прокуратурой, с полицией, ходят ли в школу дети — вдруг они на улице где-то. Но вмешиваться в компетенцию образовательного учреждения, в то, что гарантировано законом «Об образовании», неправильно.

— Что вы пожелаете в новом учебном году чиновникам от образования?

— Пожелание такое, чтобы каждый хорошо работал на своем месте и не вмешивался в те дела, в которых он некомпетентен. И не надо учить родителей воспитывать детей. Почти все родители любят своих детей, они сами знают, как их воспитывать, в какую школу отдавать, в вуз какого города поступать. И переводить ли на семейное образование — это родители пусть решают. Мне очень хочется, чтобы чиновники делали свое дело, работали с бумагами, многие умеют это делать хорошо.

— Что пожелаете учителям школ?

— Я хочу пожелать то, что почти невыполнимо. Об этом недавно говорил мэр Казани. Я глубоко уважаю нашего раиса и нашего мэра. Да, у меня очень много претензий к чиновникам самого разного ранга, но нашей республике повезло на первых руководителей, которые стратегически мыслят. И вот мэр Ильсур Метшин с юмором говорит: «Мы боремся много лет за то, чтобы учителя писали меньше бумажек, но никак не получается». Мы, говорит, пять бумажек запретим — им откуда-то 10 других прилетает… Вот мне очень хочется, чтобы учителя занимались детьми, а не написанием бумажек. Есть такая шутка среди учителей: дети часто мешают учителю заполнять электронный журнал.

— А какие пожелания директорам школ?

— Директора, как и учителя, в основном у нас, по-моему, неплохие. Другое дело, что у нас привыкли всего бояться. Кто-то из высоких руководителей сказал такую вещь, что у нас ведь, по сути, нет цензуры, у нас есть самоцензура, мы боимся. А я считаю, всегда своим делом надо заниматься профессионально и говорить правду.

— Вот вы не боитесь, много лет говорите то, что думаете. На школе это как-то сказывается?

— Сказывалось раньше. Есть же такой анекдот, что первые полжизни работаешь на авторитет, а вторые полжизни авторитет работает на тебя. Меня 3 раза увольняли.

Должны были уволить и в 2018 году, когда мы защищали татарский язык. Но тут, мне кажется, Рустам Минниханов защитил меня от комиссии Генпрокуратуры. И вот с тех пор последние 6 лет мы работаем без потрясений и увольнений. Даже присвоили звание заслуженного учителя РТ.

«В нашей школе по уставу — 15–20. А в некоторых школах по 30–40 детей в классе. В России это не работает! В Китае возможно — там дисциплинированные дети, менталитет другой»

— Еще где плохо?

— Думаю, в литературе скоро будет плохо. Потому что только официальные точки зрения разрешены, а надо, чтобы было разрешено публиковаться и тому, который говорит неправильно, но он талантлив. Вспомните гениального Достоевского с его антисемитскими взглядами.

— «Как учителю разглядеть способности ученика, если их у него 30–40 и отчетность зашкаливает? Можно ли вообще точечно работать с каждым ребенком в школах-гигантах? А гигантомания, похоже, захватила умы властей в Татарстане. Как считаете?» (Людмила Федоровна)

— Школа должна быть с количеством детей 200, 300, 400. Вот я и наши завучи каждого школьника знают поименно. Каждого! Я половину родителей знаю поименно. Но это возможно в школе, где учатся 300 человек, у нас 200 учатся. В школе-гиганте невозможно знать всех, там начинается иерархия. И школа становится казенным учреждением. А школа в идеале — это приветливое место, там должно быть разумное количество детей, которые в основном знают друг друга.

Казанское СОлНЦе репосты из VK, [07.06.2025 11:15]
Я не против материальной поддержки хороших школ, но у нас получается так, что за материальным часто уходит духовное. Лучше бы поддерживать те школы, в которых уже есть стабильный хороший коллектив. А если создается новая школа, то в первую очередь надо думать о коллективе школы. Материальное важно, и правильно делают наши руководители, но у них сил не всегда хватает заботиться еще и о духовном.

— А в классе сколько должно быть учеников?

— До 25, как по нормативам. В нашей школе по уставу 15–20. А в некоторых школах по 30–40 детей в классе. В России это не работает! В Китае возможно — там дисциплинированные дети, менталитет другой. «Адымнар» — хорошая школа, и концепция, и здание прекрасные, но оттуда к нам переходят, потому что там 30–40 детей в классах. Этим концепция губится. Нельзя разрешать, чтобы в российской школе было до 40 учеников, потому что учитель не успевает справиться с нашими детьми.

1 сентября 2024, https://www.business-gazeta.ru/article/646436

Татьяна Завалишина

20 января 2025